Жесткий сценарий

По традиции страны, перегруженные сталелитейными мощностями, пытаются переложить решение проблем перепроизводства на своих же торговых партнеров. Однако индустриальные государства десятилетиями отрабатывали способы борьбы с наплывом импорта, поэтому такие попытки...
zhestkij-21-06-2016

По традиции страны, перегруженные сталелитейными мощностями, пытаются переложить решение проблем перепроизводства на своих же торговых партнеров. Однако индустриальные государства десятилетиями отрабатывали способы борьбы с наплывом импорта, поэтому такие попытки наталкиваются на мощные защитные барьеры. Как правило, в подобных ситуациях до масштабных торговых войн дело не доходит. Тем не менее сейчас столкновение интересов двух крупнейших экономик мира позволяет говорить о более жестком сценарии дальнейшего развития событий.

“Поднебесные” пошлины

Борьба за международные рынки стали вступила в решающую фазу. Хроническое перепроизводство в мировой сталелитейной промышленности всегда усугубляется в периоды экономического кризиса, и в последние месяцы китайские экспортеры интенсивно заваливают другие страны своей дешевой продукцией. За последние 15 лет Китай резко нарастил сталелитейные мощности, чтобы обеспечивать потребности инфраструктурного строительства и зарабатывать на экспортных поставках. Расширение этих поставок привело к сокращению рыночной доли традиционных стран-производителей, в частности Японии и Великобритании. При этом китайская сталь настолько дешева, что ее наплыв обусловил резкое снижение цен. Например, даже на неплохо защищенном рынке США за один только четвертый квартал спад составил 39%, и именно китайский экспорт воспринимается как причина обвала.

При этом Китай продолжает наращивать поставки за рубеж, причем – при активной поддержке властей. Правительство утверждает, что такая политика необходима, чтобы обеспечить финансирование дорогостоящей программы закрытия избыточных мощностей. Разумеется, это объяснение не склоняет западные страны к уступкам: западные компании просто не выдерживают конкуренции. В Великобритании и Мексике уволены тысячи рабочих, в США US Steel уволила 25% персонала. Протесты профсоюзов этих стран активно поддержали в Германии – половина рабочих сталелитейной отрасли приняла участие в марше протеста против китайского демпинга. Разумеется, правительства вынуждены реагировать на эти протесты, и к политическим “пряникам” добавили “кнут” пошлин и угроз.

Представители высших политических кругов ЕС и США предупредили Китай, что если он не продемонстрирует конкретных шагов по сокращению производства стали, то не сможет получить статус страны с рыночной экономикой. Кроме того, в мае Министерство торговли США объявило, что на американском рынке холоднокатаная сталь из Китая продается по ценам ниже себестоимости, и что этот экспорт незаконно субсидирован государством. Соответственно, были введены пошлины против этой продукции. Это неудивительно, но впечатляет их небывалый размер: 522%, из которых 266% составляет антидемпинговая пошлина и 256% – компенсационная (для компенсации правительственных субсидий китайским экспортерам). В ЕС тоже проводят серию антидемпинговых расследований. Параллельно в западных странах набирает обороты кампания против предоставления Китаю статуса рыночной экономики.

Аналитики полагают, что потенциальное закрытие американского рынка не приведет к сокращению китайских поставок – в США поступает всего 2% этого экспорта. Однако определенный эффект китайцы ощутят: по мнению Кевина Бэя из пекинского филиала CRU, из-за антидемпинговых расследований китайцам приходится распылять свои поставки по все большему количеству адресов. И, кстати, новые американские тарифы все-таки впечатлили китайцев: буквально через несколько часов после обнародования размера пошлин Пекин опубликовал документ, принятый еще 10 мая, – о планах закрытия 100-150 млн тонн мощностей в течение ближайших пяти лет. Кабмин объявил также, что сталелитейные и угольные компании, контролируемые центральным правительством, в 2016-2017 годах сократят объемы выпуска на 10%. Министерство финансов сообщило, что Китай создает специальные фонды, предназначенные для ограничения перепроизводства в сталелитейной и угольной отраслях, которые будут предоставлены местным властям для решения этих задач, причем в ускоренном темпе. Декларируется, что именно такую новую политику будут проводить различные китайские ведомства, включая Министерства человеческих ресурсов и социальной безопасности, чтобы подтолкнуть сокращение избыточных мощностей. Тем не менее западные политики, во-первых, считают, что 150 млн тонн – это слишком мало, а во-вторых, не слишком верят в осуществимость этих планов.

Понятно, что китайские заводы производят сталь, солнечные элементы и другую продукцию в количествах, превышающих потребности мирового рынка, чтобы поддержать рост ВВП и сохранить занятость населения. Многочисленные забастовки и торможение национальной экономики вынуждают чиновников на местах поддерживать деятельность нерентабельных заводов, хотя это и противоречит намерениям пекинских политиков сократить избыток мощностей и уволить миллионы рабочих.

Большинство этих предприятий находится в государственной собственности, поэтому они субсидируются местными правительствами и отказываются от решений, к которым их подталкивает рынок. Это означает, что китайским производителям снижать цены, чтобы не останавливать заводы, проще, чем частным компаниям. А китайский индекс оптовых цен падает уже 50 месяцев подряд.

Ни шагу назад

Министерство торговли Китая выразило серьезное неудовольствие постановлением о пошлинах и объявило, что “США следует максимально быстро исправить свои ошибки”. В заявлении сказано: “В ходе антидемпингового и антисубсидиарного расследования по китайской продукции США использовали много нечестных методов, включая отказ предоставить китайским государственным компаниям дифференцированную тарифную ставку”.

Хотя понятно, что именно лавина дешевой китайской стали вынесла из бизнеса некоторых иностранных производителей, китайцы отрицают факты демпинга: они утверждают, что их заводы более эффективны, а производственные затраты ниже, чем у иностранных конкурентов. Кроме того, Пекин отрицает, что стимулирует производителей стали к экспорту, и заявляет, что торговые потоки определяются рынком. Председатель CISA Ма Гукян заявил: “Глобальный спрос увеличивается, а китайская стальная продукция весьма конкурентоспособна, поэтому экспорт немного увеличивается, но эта продукция используется в основном для удовлетворения внутреннего спроса, и наращивание объемов зарубежных продаж никогда не имело политической поддержки”.

В ответ на “поднебесные” пошлины Пекин пообещал увеличить налоговые льготы для экспортеров стали, чтобы поддержать национальную отрасль. Правда, кабмин утвердил меры по поддержке экспорта налоговыми льготами и банковскими займами еще в апреле, но теперь это решение представляют именно как реакцию на “несправедливость”. В расплывчато сформулированном майском постановлении Центробанка и заявлениях некоторых других правительственных органов утверждается, что Китай будет стимулировать экспорт и обеспечивать финансирование компаний, планирующих зарубежные расширения. Правительство планирует постепенно увеличивать экспорт и переместить часть производства за рубеж, что превратит государственных производителей в международные конгломераты.

Пекин подталкивает китайские конгломераты последовать примеру японской Nippon Steel и южнокорейской POSCO, которые в эпоху экономических проблем переместили производство поближе к растущим рынкам. В мае правительственная газета People’s Daily сообщила о планах переноса 10 млн тонн сталелитейного производства в Бразилию, включая мощности Baosteel, Ansteel, Wuhan Steel и ряда других крупных компаний. Роль центрального правительства очевидна: государственный China Development Bank предоставит займы для финансирования проекта. Хотя исходный трансфер представляется незначительным в глобальных масштабах, он призван заложить основу более широкой тенденции. Следующими точками расширения станут растущие рынки Юго-Восточной Азии и Индия.

Главная проблема в том, что за последние 15 лет китайские лидеры лишь частично преуспели в своих попытках консолидировать отрасль. Создание крупных конгломератов типа Baosteel не привело к уходу с рынка мелких сталелитейных заводов, и крупнейшие 10 компаний сектора производят менее половины национальной стали. Хотя в 2013 году Министерство промышленности и информационных технологий поставило цель – добиться, чтобы крупнейшая десятка обеспечила 60% выпуска стали в 2015 году, ее доля сократилась с 45% в 2012-м до 34% в 2015 году. Эта затянувшаяся фрагментация затрудняет Пекину обретение полного контроля над сталелитейным сектором и борьбу с перепроизводством. Неспособность диктовать политику вынуждает центральное правительство бороться с местными властями, чтобы получить возможность повлиять на региональные заводы, над которыми у него нет прямого контроля. А местные власти зависят от налоговых поступлений от этих заводов, которые к тому же обеспечивают занятость населения, поэтому часто становятся на их сторону.

Правительство предложило поддержку в сумме 100 млрд юаней (15 млрд долл.), чтобы помочь отрасли справиться с проблемой сокращения рабочих мест, но обремененный долгами сталелитейный сектор не может себе позволить отказаться от экспортных доходов. По данным CISA, в 2015 году более половины крупных сталелитейных компаний были убыточными. В прошлом году зарубежные продажи увеличились на 19%, до рекордных 112,4 млн тонн, хотя из-за падения цен совокупная выручка от этих продаж сократилась на 10,5%, до 62,8 млн долл. И сейчас производители стали призывают правительство к более активной поддержке экспортного бизнеса – они утверждают, что это будет способствовать ускорению реструктуризации экономики.

В начале июня Китай посетили американские чиновники, которые обсудили с китайскими коллегами многие наболевшие вопросы: от валютной политики до ситуации в Южно-Китайском море. Но главным вопросом повестки дня была проблема избытка сталелитейных мощностей в Китае. Министр финансов США Джек Лью заявил, что сокращение производства в Китае “критично” для глобальных рынков.

Затем страну посетила канцлер Германии Ангела Меркель. Она тоже выразила опасения по поводу избытка китайской стали: по ее словам, расширение китайской доли европейского рынка “создает очень сложную ситуацию для стран Евросоюза”. При этом А.Меркель и министр экономики Зигмар Габриэль (Sigmar Gabriel) указали, что они хотят решить проблему, избегая торговой войны.

Премьер-министр КНР Ли Кекян полагает, что Китай и Европа должны конструктивно сотрудничать для решения торговых конфликтов. Он заявил: “Перепроизводство чугуна и стали – проблема глобальная, а не одного Китая. Мы должны отделить торговые конфликты между Китаем и ЕС от двусторонней торговли, поскольку конфликты составляют лишь малую ее часть. Мы с канцлером А.Меркель должны не расширять и не усложнять торговые конфликты”. И добавил, что Китай не желает торговой войны, которая не будет выгодна ни одной стране в условиях слабой глобальной экономики.

Таким образом, несмотря на традиционную вежливость китайского премьера, похоже, что Пекин не намерен отступать от своих планов, что он и сообщил западным политикам мягко по форме, но твердо по существу. И вопрос о полномасштабной торговой войне остается открытым.

И судя по всему, давление на Китай будет усиливаться, поскольку вопрос о перепроизводстве стали в этой стране занимает центральное место в повестке дня встречи “большой семерки”, которая состоится в Японии в конце июня.

По материалам: Minprom.ua

Материалы по теме: