Эрдоган удержался у власти потому, что он не Янукович

ГКЧП по-турецки: военный путч и сорвавший его народный майдан всего за один вечер! События развивались столь неожиданно и стремительно, что миру оставалось лишь в растерянности наблюдать за ними, тщетно...
erdogan-uderzhalsya-18-07-2016

ГКЧП по-турецки: военный путч и сорвавший его народный майдан всего за один вечер! События развивались столь неожиданно и стремительно, что миру оставалось лишь в растерянности наблюдать за ними, тщетно пытаясь понять суть происходящего.

«Астанавитесь!»

Первые новости из Анкары и Стамбула о начавшейся стрельбе и военных на улицах были восприняты украинцами весьма неоднозначно. Те, у кого родные и близкие отдыхали на турецких курортах, с тревогой прильнули к телевизорам и компьютерам. Тем, кому терять в Турции было некого и ничего, разделились на видевших в событиях «руку Кремля» и верующих в «американский след».

Интересно, что вначале новость о военном перевороте в соседнем государстве вызвала у многих наших сограждан оживление и прилив энтузиазма, словно ливень в соседнем городе во время летней жары. Это было хорошо видно по блогам, форумам и комментариям в новостях. Реакция украинского общества на события в Турции показала, что оно еще не остыло от Евромайдана и не против еще раз сменить собственную власть.

Тут же начали сравнить Эрдогана с Януковичем, особенно после того, как турецкий президент обратился к народу через смартфон и заявил, что продолжает выполнять свои обязанности. «Я живой, я легитимный!» – хихикали украинцы, вспоминая беглого Виктора Федоровича. Другие спроецировали турецкие события на украинские реалии: одни всерьез, другие с иронией, но с многозначительным намеком. Родилась шутка, что если бы подобный переворот в Киеве возглавил Муженко, то украинские военные попали бы в «котел» на Лютеранской.

Однако потом стало не до шуток. Президент Эрдоган оказался куда решительнее своего незадачливого бывшего украинского коллеги: он не ограничился возгласами «астанавитесь!», а призвал граждан выйти на улицу и «защитить демократию». Уже через пару часов многотысячные толпы сметали жиденькие заслоны военных-путчистов, буквально бросаясь на танки с голыми руками или дрекольем. Те не придумали ничего более умного, чем стрелять по толпе боевыми, чем лишь разозлили её. В итоге разорванных и забитых насмерть солдат оказалось вдвое больше, чем погибших от их пуль гражданских.

Этот наспех созванный пропрезидентский майдан спутал планы путчистов, отвлек их внимание и частично связал им руки. Но главное, что он перевесил ситуацию в пользу Эрдогана – и державшиеся в стороне от событий колеблющиеся силовики (полиция, спецназ) тут же поторопились поддержать президента. Уже к утру путч был полностью подавлен, и Эрдоган поспешил заявить на весь мир о «победе демократии».

Президент, который не бросился в страхе бежать из страны, а обратился к своим сторонникам, не убоявшись не возможных жертв, ни грозящей ответственности. Такое случалось и в нашей истории, только не два года, а четверть века тому назад. Этот путч турецких военных напоминал события августа 1991 года в Москве, только в более быстром и совершенно бестолковом варианте. Ведь никто даже толком не смог понять, чего именно хотели турецкие заговорщики. Теперь эту интригу они унесут с собою в могилы и мрак тюремных камер, власть же уже поторопилась назначить официальных виновников мятежа.

Ищите в Пенсильвании

Фетхуллаха Гюлена, выдачи которого от США теперь настойчиво требует Эрдоган, можно было бы называть турецким Хомейни. Вот только Гюлен является идеологом и проповедником современного просвещенного ислама, чьими «скрепами» стали наука и образование, социальная демократии, традиционные ценности, межконфессионный диалог.

Подобные идеи в наше время весьма популярны в исламском обществе, пытающемся приспособиться к жизни в мире западной цивилизации 21 века. Традиционные конфессии, не сумев перестроится, теряют свой авторитет, консервативные радикалы зовут вернуться во времена Пророка и карать неверных грешников, растет число оторвавшихся от исламской культурной среды агностиков. Просвещенный ислам дает ответы на вопросы, которые задают мусульмане-интеллектуалы, желающие остаться таковыми в окружении современной цивилизации. Соответственно, «паствой» Фетхуллаха Гюлена являются не полуграмотные крестьяне и городские маргиналы, а представители среднего класса, интеллигенции, студенты, служащие, офицеры.

Возможно, одинокий писатель-философ не вызывал бы беспокойство властей, однако Гюлен является идеологическим отцом движения «Хизмет», которое, в свою очередь, сильно отличается от традиционных политических партий или религиозных организаций. «Хизмет» не участвует в предвыборной борьбе, и не призывает стать мучеником за веру, а целенаправленно распространяет своё учение через многочисленные школы, курсы и семинары, а также все доступные СМИ или просто в живом общении людей. Ставя перед собой целью, ни много ни мало, изменить общество путем изменения мышления людей. В какой-то мере это напоминает миссионерскую деятельность периода раннего христианства, только с намерением создать «царствие небесное» на земле.

В Турции движение « Хизмет» уже объединяет несколько миллионов сторонников. Но столько же турок, если не больше, являются его противниками. Весьма не просто распространять идеи просвещенного ислама в стране, которая, как и многие государства мусульманского мира, политически расколота на религиозных консерваторов (опирающихся на социальные низы общества), светскую элиту (армия, чиновники, бизнесмены) и сбросивших с себя «оковы религии» космополитических горожан.

А ведь в Турции еще есть национальный раскол, разное видение внешнеполитических векторов и пр. Например, за попытки погасить известную турецко-курдскую вражду примирением сторон через компромисс и взаимоуважение, на «Хизмет» давно ополчились как турецкие ура-патриоты, так и курдские националисты. Сам же Фетхуллах Гюлен был вынужден эмигрировать в США еще в 90-х, где и проживает в настоящее время в особняке около Сейлорсбурга. Отсюда и слова Эродогана о получаемых мятежниками «инструкциях из Пенсильвании».

Действительно ли он причастен к нынешнему перевороту, были ли возглавившие его офицеры членами «Хизмет» – это неизвестно. Однако режим Эрдогана воспользовался путчем, чтобы немедленно начать репрессии против Гюлена и его сторонников как своего самого опасного политического противника. И теперь он постарается «люстрировать» от последователей «Хизмет» все государственные учреждения, все силовые структуры, закрыть их СМИ, запретить и демонизировать это движение как экстремистское и «террористическое». Словом, в Турции начнется своя «декоммунизация».

Отсюда и возникшие предположения, что переворот мог быть «опереточным», лишь провокацией, дабы развязать руки для ликвидации политических конкурентов Эрдогана. Да и его сторонники вышли на улицу как-то стразу слишком быстро и организованно.

Погнали наши городских

Дабы понять, почему Реджеп Эрдоган и Фетхуллах Гюлен не сошлись во мнениях относительно понимания одной из сур, следует вспомнить биографию нынешнего турецкого президента. Выходец из социального дна Стамбула, получивший образование в религиозном лицее, с молодых лет ставший активистом консервативных партий и сторонником «политического ислама». В 26 лет Эрдоган имел личный конфликт с представителем военной элиты и с тех пор стал убежденным противником этой мощнейшей политической силы в стране, со времен Ататюрка взявшей на себя роль хранителей светского государства.

В большую политику Эрдоган вошел как основатель Партии Справедливости, являющейся осколком запрещенной исламистской Партии Добродетели. Сегодня это правящая партия страны, имеющая большинство мест в парламенте, свое правительство и президента. При этом парламентские выборы в Турции 2015 года сопровождались многочисленными нарушениями и даже убийствами кандидатов, и тогда же Эрдогана начали обвинять в стремлении установить в стране собственную диктатуру.

В подобных случаях армейская элита уже не раз вмешивалась в политику, стремясь не допустить возвращения страны к религиозному режиму, поэтому нынешний военный переворот в Турции был прогнозируем и ожидаем. Но ожидал его и Эрдоган, давно начавший чистку армии от «кемалевцев». По сути, он давно действовал на опережение, кадровыми методами, расставляя на командных постах своих людей. Таким образом, к настоящему времени турецкая армия перестала быть независимой закрытой элитой, способной самостоятельно влиять на политические процессы в стране. Она превратилась в подобие западных армий, обязанных беспрекословно козырять своим капризным политикам. И тем более сомнительным выглядит попытка нынешнего переворота, проведенная как-то наобум, наспех, и крайне малыми силами.

Но как бы там ни было, теперь Эрдоган воспользуется случаем, чтобы не только дожать армию, но и разобраться с «Хизмет», после чего у него останется только один политический противник – Республиканская народная партия, стоящая на позициях национализма и социал-демократии. Но эрдогановкая Партия Справедливости имеет шансы регулярно побеждать её и демократическим путем, настраивая свой консервативный исламский электорат против «безбожников». Политический конек Эрдогана – это парламентский исламизм, сдержанный в своем фундаментализме и радикализме ровно настолько, чтобы не выглядеть в глазах мирового сообщества вторым «Талибаном».

Поэтому Гюлен и «Хизмет» для Эрдогана не только политические противники, они его идеологические враги, которые своей просветительской деятельностью «воруют» его электорат и ослабляют его власть. И в этом Эрдогана поддерживают большинство религиозных деятелей Турции, которым удобно манипулировать своей темной паствой. Думается, этим и поясняется, почему в ночь переворота на минаретах не умолкали муэдзины, призывая всех верных выйти на поддержку президента и, если нужно, стать «мучениками демократии». Неудивительно, что первый погибший гражданский был застрелен солдатами, когда бежал на них с воплем «Аллах акбар!».

Таким образом, можно сказать что толпы, собравшиеся в Анкаре и Стамбуле на пропрезидентский майдан, состояли в основном из турецких «рагулей», сбежавшихся из трущоб и пригородных поселков. Или, если хотите, из турецких «титушек» и «гопников» – смотря как на неё смотреть с украинской стороны. Эта толпа запросто могла разметать не только немногочисленных военных, но и многолюдный антиправительственный майдан, если бы он был. А так как победителей не судят, а на побежденным сваливают все грехи мира, то вряд ли бы кто-то понес наказание за несколько сот или даже тысяч погибших в уличных рукопашных.

Вот, к слову, у нас о 18 убитых во время Евромайдана милиционерах даже не вспоминают. А если бы тогда «революция» проиграла? Наверное, не было бы никакого дела о снайперах Майдана, и никто не называл бы улицы именами Небесной Сотни…

Путин, Обама и Порошенко

И всё-таки простому обывателю трудно поверить в непричастность к турецкому путчу внешних сил. Всё дело в том, что Турция последнее время начала играть большую роль во внешней политике России. А там где речь заходит о России, там украинцы тут же начинают видеть злокозненный лик Путин или довольную ухмылку Обамы.

С одной стороны было бы логично предположить, что Кремль мог попытаться убрать Эрдогана, который за последний год едва не довел российско-турецкие отношения до прямого конфликта. С другой стороны, путч произошел аккурат после того, как Анкара извинилась за сбитый российский самолет, а Россия отменила антитурецкие санкции. Да еще теперь турецкие политики уверяют, что во всем были виноваты члены «Хизмет»: мол, это один из них сидел за штурвалом истребителя, сбившего Су-24, это они хотели испортить стратегическое партнерство Турции и России. Стало быть, те, кто считает Эрдогана игрушкой в руках Запада, уверены, что нити заговора тянутся до самого Вашингтона, мстящего ему за поворот лицом к России.

Проблема в том, что оба этих предположения разбиваются о два контраргумента. Первый: если бы военный переворот в Турции планировали американские или российские спецслужбы, то он вряд ли бы прошел так топорно и неудачно. Второй: к настоящему времени социально-политическая ситуация в Турции сложилась так, что военный переворот мог инициировать в ней масштабную гражданскую войну. Избиение кучки путчистов толпой сторонников Эрдогана было минимальным, «легким» вариантом такого конфликта. Если бы военных было больше, и они добились бы успеха, то правящая партия просто организовала бы «контрперевороты» в провинции, собирая под свои знамена сотни тысяч разгневанных правоверных.

Поэтому, думается, что данный переворот был всё-таки чисто турецким инцидентом. Тем не менее, резонанс от него разошелся по всему миру, достигнув Киева и Москвы.

В Украине, как было сказано выше, переворот в Турции вызвал большое оживление у тех, кому уже изрядно надоели нынешние стоящие у власти «реформаторы». Причем, среди потенциальных сторонников украинского Пиночета немало национал-патриотов и просто патриотов, симпатизирующих «добробатовцам» и ветеранам АТО, не раз намекавших на возможность «военного Майдана». Такие настояния есть уже давно, и власть об этом не только знает, но и предпринимает меры. Причем, не только для противодействия украинскому путчу.

Так, народный депутат Игорь Луценко считает, что в Киеве идет подготовка к лжеперевороту, который станет началом установления диктатуры правящих олигархов. Сначала будет предпринята неудачная попытка переворотов со стороны «батальонов» или вооруженных радикалов, затем её подавят правительственные части, а после в стране начнутся масштабные репрессии против оппозиции. Такой себе украинский вариант «сценария Эрдогана».

А вот Владимиру Путину ценный урок турецкого коллеги открывает новую возможность укрепления своей власти. До сих Кремль в своей реальной власти опирался только на силовиков и чиновников, ища расположение электората только для результата на выборах. И постоянно опасаясь, что их опору кто-то перекупит, или что она сама захочет сменить верхушку вертикали власти. Кто тогда защитит и поддержит шатающийся трон Путина?

В Москве, похоже, забыли собственную историю четвертьвековой давности: ГКЧП, Ельцин на танке и десятки тысяч вышедших на улицы сторонников прозападной демократии, остановивших «реваншистов» Теперь же спасти власть смогут десятки тысяч его фанатов, с криками «слава Путину!» бросающихся под бронетранспортеры «продавшихся пиндосам» путчистов. Разумеется, для этого российскому президенту придется найти в себе смелость не бежать в Китай, а обратиться за поддержкой к собственному народу – если не с танковой башни, то хотя бы со Спасской.

По материалам: From-ua.com

Материалы по теме: